6 режиссерских советов от Луиса Бунюэля

и, как бонус, культовый режиссер покажет вам, как приготовить отличный мартини

Перевод: Даниил Камардин
Редактура: София Малиновская
Источник: 6 Filmmaking Tips From Luis Buñuel by Christopher Campbell (Film School Rejects, August 23, 2017)

Когда в школе проходишь легендарных кинорежиссёров, охарактеризовать Бунюэля легче всего. Он – сюрреалист. Само собой, такова предельно простая оценка творчества режиссёра. Значение его работ, созданных на протяжении полувека, весьма разнообразно. Конечно, большинство лент можно отнести к сюрреализму, однако не во всех картинах Бунюэль следовал правилу, который режиссёр вместе с Сальвадором Дали установил во время съёмок Андалузского Пса: «Отказываться от любых идей или образов, которые можно будет трактовать рационально». Больше решал Бунюэль, а не случай.

В этом месяце исполняется 40 лет с выхода последнего фильма режиссера – Этот смутный объект желания. Мы собрали взгляды на кино и советы касательно режиссуры, которыми Бунюэль делился в интервью, публиковал в специализированной литературе и даже вложил в один из своих фильмов.

Самое главное – тайна 

Многое в кинематографе раздражало Бунюэля настолько, что он мог покинуть кинозал, где показывали фильм, который не соответствовал его интересам или убеждениям. Одно из таких убеждений заключалось в том, что в основе любого искусства, включая кино, лежит тайна. В книге 1977 года “Luis Buñuel” приведено такое высказывание режиссера: «Если произведение искусства понятно, тогда мне оно становится неинтересно». В своём эссе 1959 года “Cinema as an Instrument of Poetry”, которое включено в книгу “An Unspeakable Betrayal: Selected Writings of Luis Buñuel”, Бунюэль подчеркивает то, насколько не хватает этой важной составляющей картинам того времени:

Элемент тайны, основополагающий для всех художественных произведений, как правило, в кино отсутствует. Сценаристы, режиссёры и продюсеры прикладывают огромные усилия, чтобы не затронуть наш душевный покой, закрывая удивительное окно киноэкрана от освобождающего мира поэзии. Они бы предпочли, чтобы на экране отражалось то, что может стать продолжением нашей обыденной жизни, и в который раз повторялась одна и та же драма, или чтобы кино заставило нас забыть будничную каторжную работу.

Или другая цитата из книги “Objects of Desire: Conversations with Luis Buñuel”, состоящей из интервью с Бунюэлем, которые брали у него его друзья Хосе де ла Колина и Томас Перес Туррент в 1970-х гг.:

Неореализм мне не интересен… потому что реальность многообразна, и для разных людей она может открыть сотню различных значений. Мне хочется смотреть на реальность всецело, чтобы проникнуть в удивительный мир неизвестного – тайна привлекает моё внимание, тайна – это самый главный элемент любого произведения искусства. Хороший фильм должен содержать в себе амбивалентность двух противоположных и при этом связанных между собой элементов.

Фильм – последовательность кадров

«Если все прописано в сценарии, зачем тогда вообще браться за съемки фильма?»

Это слова Бунюэля из статьи Жана-Клода Карьерра и Мэри Эллен Марк для журнала Show, которые он произнёс на съёмочной площадке Тристаны в 1970 году. Режиссёр не раз высказывался подобным образом, рассматривая фильм только как конечную единицу, а точнее «последовательность кадров» или «одновременное отделение и упорядочивание визуальных фрагментов, которые в неопределённом порядке прописаны в киносценарии», как писал Бунюэль в эссе “Decoupage, or Cinematic Segmentation”, также включенное в книгу “An Unspeakable Betrayal”. Далее режиссёр объясняет:

Кто-то может поспорить, что хороший фильм, который качественно снят, в котором есть превосходные ракурсы и актёрская игра, по-прежнему будет казаться чем-то некинематографичным в целом, как если бы не хватало правильной раскадровки. Можно было бы составить хороший альбом анимированных фотографий, но подобный альбом так далёк от понятия кино, как далеки звуки настраивающегося оркестра от будущей симфонии… Любой может достаточно хорошо усвоить главные приёмы кинематографии, однако только избранные могут создать хороший фильм. Когда сценарий или совокупность визуальных идей на бумаге разделяют на отдельные фрагменты, они перестают быть литературой и становятся кино. Именно тогда идеи постановщика можно определить, навскидку подразделить, разбить на части, поменять местами и упорядочить.

Работай, только если любишь работать 

Этот совет вложен в уста персонажа Дона Лопе (в исполнении Фернандо Рея) из фильма Тристана, снятого по роману Бенито Переса Гальдоса. Это не совсем слова Бунюэля, но в своей автобиографии 1982 года «Мой последний вздох» (русский перевод в кн.: Бунюэль о Бунюэле. – М.: Радуга, 1989. С. 39-278. – FS) режиссер указывает на упомянутый диалог в защиту своей точки зрения, которая заключается в том, что работа за зарплату унизительна:

Работа – это проклятие, Сатурно. Я презираю труд, которым необходимо заниматься, чтобы прокормить себя! Такой труд не делает нам чести; все, что он делает, так это набивает брюха свиней, которые используют нас. Однако такая работа, которой ты занимаешься, потому что тебе она нравится, потому что ты слышишь зов, твоя душа лежит к этому – такой труд облагораживает! У нас всех должны работать также. Взгляни на меня, Сатурно, – я не работаю. И мне плевать, даже если они повесят меня, я НЕ БУДУ работать! И все же я жив! Пусть я буду жить плохо, но хотя бы мне не придется работать, чтобы жить так!

Конечно, Бунюэль часто испытывал денежные трудности, или же он полагался на поддержку своей матери и мог какое-то время заниматься тем, что больше всего любил, а именно бездельничать. Тем не менее, Бунюэлю приходилось иногда работать и даже снимать коммерческие фильмы при условии, что он сохранял свою репутацию в такие отчаянные времена. Приведём слова режиссёра, ссылаясь на рецензию на мексиканский фильм Бунюэля 1959 года Лихорадка приходит в Эль-Пао: «Я берусь за всё, что мне предлагают, кроме унизительной работы».

А теперь видео, как Бунюэль проводит своё свободное время, готовя свой фирменный сухой мартини. 

Сны 

Само собой, какой-то совет Бунюэля должен быть связан со снами и подсознанием, так как они являются неотъемлемой составляющей идеи сюрреализма.

В том же эссе “Cinema as an Instrument of Poetry”, где Бунюэль указывает на сходство между темным кинозалом и состоянием сна, однако поясняет, что не все картины должны иметь нереалистичный сюжет и уходить от действительности, режиссёр утверждает, что фильм может быть «оружием»:

В руках свободного человека, кино становится изумительным и опасным оружием. Это лучший инструмент, с помощью которого можно выразить мир снов, эмоций и инстинкта. Механизм, что порождает кинообразы, среди всех форм человеческого выражения, по тому, как он функционирует, больше всего напоминает механизм мозга, а ещё точнее, этот механизм имитирует работу человеческого разума во время сна. Фильм подобен невольной имитации сна… Кажется, что кинематограф изобрели, чтобы выражать жизнь подсознания, корни которого так тесно сплелись с поэзией, но, в то же время, кино почти никогда не снимают для этой цели.

Держись подальше от фашизма

Родом из Испании, Бунюэль имел представление о диктаторах, и ему пришлось покинуть свою родину из-за одного из них. Так что Бунюэлю есть, что сказать о том, как искусство способно бороться с фашизмом, применяя «оружие» кинематографа. В рецензии 1973 года New York Times Magazine приводятся слова режиссёра, где непосредственно кино он не упоминает, однако мы не можем не включить их сюда:

В любом обществе на художнике лежит ответственность. Разумеется, польза от художника ограничена, и писатель или живописец не может изменить мир. Но, благодаря им, неотъемлемый запас нонконформизма не угаснет. Благодаря им, власть имущие никогда не смогут утверждать, что всякий согласен с их действиями. Это маленькое отличие играет большую роль. Когда власть чувствует себя полностью законной и признанной всеми, она сразу же уничтожает любую оставшуюся у нас свободу, и так приходит Фашизм.   

Прислушивайся к своей совести

В приведённом ниже отрывке из документального фильма 1984 года The Life and Times of Don Luis Buñuel Бунюэль, собственно, отвечает на просьбу других режиссёров о профессиональном совете. Как и в случае с советом заниматься только тем, что ты любишь, Бунюэль рекомендует режиссёрам, даже если им грозит голодная смерть, снимать только те фильмы, которые не противоречат их мировоззрению.

– Луис, не могли бы вы дать какой-либо совет молодым кинорежиссёрам?

– Я не могу дать совет в техническом плане. Технические приёмы у каждого свои. Я бы дал, так сказать, моральный совет. А именно, никогда не снимать фильм… картина может получиться хорошей, плохой или заурядной. Но кино никогда не должно идти против совести, идей… и мировоззрения автора. Поэтому, я бы сказал: даже если живёшь впроголодь, никогда не изменяй своей совести и идеям.

Что мы усвоили 

Уйма вещей в кино вызывала у Бунюэля неприязнь. Например, еще одна цитата режиссёра: «Зритель не должен ощущать присутствие камеры. Как только камера начинает танцевать и, тем самым, играть главную роль в картине, мне становится скучно, и я ухожу из кинотеатра». Однако большинство взглядов Бунюэля на кинематограф могут послужить полезными советами: как снять хороший фильм, каким образом кино является инструментом достижения собственных и политических целей и что режиссёрам следует снимать картины только из правильных побуждений. В самом деле, всё, что вам нужно, – это мечтать, и всегда руководствоваться своей совестью.